Вы здесь

Рудин

В романе «Рудин» (1855) И.С.Тургенев пытается ос­мыслить свою эпоху, выделив в ней самое важное. А самой важной из общественных проблем недавнего прошлого становится для него проблема «лишнего человека». Но увидена она теперь по-новому: «лишний человек» оказы­вается предметом дискуссии, в ходе которой сталкиваются различные точки зрения. Возникает образ противоречивый и многозначный.

В жизнь других действующих лиц романа Рудин входит как пророк, ореолом пророческой исключительности ок­ружены идеи и сами человеческие качества героя. Броса­ется в глаза облагораживающее воздействие речей Рудина на окружающих людей. Но очень скоро становится замет­но, что ему не чужды рисовка, тщеславие и кокетство. Потом будет прямо сказано о его суетности, мелочности, деспотизме, а затем сразу же зазвучит тема человеческой ущербности героя. Выясняется, что он не способен любить, сделать счастливым другого человека, страдать обычными человеческими муками, не способен к настойчивым уси­лиям, к повседневному труду, к творческим радостям и свершениям. И чем дальше, тем отчетливее вырисовывает­ся взаимная внутренняя связь этих различных свойств. Очевидно, что пророческий пафос Рудина и вообще все качества, составляющие его исключительность, неотдели­мы от его слабостей и недостатков. Характер Рудина пред­стает своеобразной загадкой русской общественной жизни — явлением удивительным и странным, ускользаю­щим от любых окончательных суждений о нем.

Однако в эпилоге романа способ и масштаб изображе­ния героя резко меняются. Все мелкое, тривиальное, эгоистическое в Рудине отходит на второй план, как нечто несущественное. Открывается глубинная — подвижничес­кая -— сущность его жизненной позиции: перед читате­лем — трагический герой, который стремится служить ис­тине и добру. Но именно в этом стремлении он сталкивается со всем общественным порядком современ­ной ему России. Герой вновь и вновь терпит неизбежные в его положении неудачи, но не хочет и не может приспо­собиться или отступить.

В эпилоге удостоверено общенациональное, а в конце концов и общечеловеческое значение рудинских исканий и рудинской судьбы. В образе Рудина соединяются приме­ты общественно-психологических типов, ранее Тургене­вым противопоставлявшихся. Узнаваемые черты «лишнего человека» переплетаются с чертами пылкого романтика-энтузиаста, сливаются характерные свойства дворянина и разночинца, и, наконец, все это сложное сочетание вклю­чает в себя ассоциации, ведущие к образам народных правдоискателей — странников и юродивых из «Записок охотника».

По мере приближения романа к финалу фигура Рудина все определеннее становится воплощением родовых черт русской интеллигенции в целом и все определеннее ут­верждается мысль о высшем назначении лучших ее пред­ставителей. Тургенев понимает и признает, что их воздей­ствие на основную массу людей, на окружающие обстоятельства несоразмерно их высокой цели. С узко­практической точки зрения их жизнь может считаться даже бесплодной. Но значение русской интеллигенции Тургенев видит в другом: для него важна ее способность выдвинуть высокие, общезначимые идеалы, способность утвердить эти идеалы ценой героического самопожертвования.

 

Предмет: