Поэзия С. А. Есенина и В. В. Маяковского: эпоха слома и поиски идеала

Сергей Александрович Есенин (1895–1925) — величайший русский лирик, рожденный в селе Константиново на Рязанщине. Для Есенина Родина была всем: «Моя лирика жива одной большой любовью — любовью к родине. Чувство родины — основное в моем творчестве».

Поэтика раннего Есенина уникальна:

- Невиданное одухотворение природы через зооморфные и антропоморфные метафоры: березка — девушка с косой («в девичьем венце»), «отговорила роща золотая березовым, веселым языком», черемуха «рукава засучив»;

- Искренняя нежность к животным («братьям нашим меньшим»): поэма «Песнь о собаке», где гибель щенков переживается как вселенская трагедия материнства;

- Глубокая сыновняя любовь: шедевр «Письмо матери» («Ты жива еще, моя старушка? Жив и я. Привет тебе, привет!»), согревший сердца миллионов людей.

Революция 1917 года и наступление индустриальной цивилизации принесли поэту глубокую душевную драму. В поэме «Сорокоуст» (1920 г.) Есенин создает потрясающий образ противоборства живого и мертвого:

Тонконогий красногривый жеребенок тщетно пытается обогнать мчащийся чугунный поезд:

«Милый, милый, смешной дуралей, / Ну куда он, куда он гонится? / Неужель он не знает, что живых коней / Победила стальная конница?».

В поздних стихах (сборник «Русь Советская», 1924 г.) поэт возвращается в родное Константиново и чувствует себя чужим на обновленной земле комсомола («Моя поэзия здесь больше не нужна, / Да и, пожалуй, сам я тоже здесь не нужен»).

Но в финале он восклицает: «Но и тогда, / Когда на всей планете / Пройдет вражда племен, / Исчезнет ложь и грусть, — / Я буду воспевать / Всем существом в поэте / Шестую часть земли / С названьем кратким «Русь»».

Владимир Владимирович Маяковский (1893–1930) кардинально пересоздал русский поэтический язык, сделав его языком митингов, улиц и революционных масс.

Новаторство Маяковского:

1. Акцентный стих: отказ от силлабо-тоники ради мощного ударного ритма ораторской речи;

2. Графическая «лесенка»: разбивка поэтической строки на смысловые уступы, заставляющая читателя делать интонационные паузы на главных ударных словах;

3. Громадный масштаб гиперболы и космическая метафора: боль поэта размером с океан («Облако в штанах»), сердце горит факелом;

4. Дореволюционная бунтарская лирика: трагедия одиночества человека в каменном мешке буржуазного города («А вы ноктюрн сыграть могли бы на флейте водосточных труб?», гуманистический крик «Послушайте! Ведь, если звезды зажигают — значит — это кому-нибудь нужно?»).

После 1917 года Маяковский полностью подчинил свой гений строительству нового общества: рисовал тысячи плакатов «Окон РОСТА», писал сатиру на советских бюрократов («Прозаседавшиеся», одобренная Лениным).

Итогом его пути стало вступление в поэму «Во весь голос» (1930 г.) — поэтическое завещание, обращенное через головы современников прямо к грядущим потомкам коммунистического далека:

«Я, ассенизатор и водовоз, / Революцией мобилизованный и призванный, / Ушел на фронт из барских садоводств / Поэзии — бабы капризной».

Маяковский гордо заявляет, что его стихи — это тяжелое оружие, вставшее в один строй с трудом миллионов рабочих:

«Мой стих дойдет через хребты веков / И через головы поэтов и правительств... Мой стих трудом громаду лет прорвет / И явится весомо, грубо, зримо, / Как в наши дни вошел водопровод, / Сработанный еще рабами Рима».